Согласно свежим данным Министерства финансов РФ, в августе 2025 года нефтегазовые доходы бюджета составили 505 млрд рублей, что на 36% ниже июля (787 млрд рублей) и на 35% меньше августа 2024 года. Это четвертый месяц подряд, когда поступления не достигли базового уровня, необходимого для покрытия плановых расходов.
Кроме того, Минфин не ожидает дополнительных нефтегазовых доходов и в сентябре. Основные факторы снижения доходов — падение мировых цен на нефть и укрепление рубля. В июле 2025 года цена Urals для налоговых целей составила $60,4 за баррель (против $74 в июле 2024 года), а в августе — $57,6. Актуальные данные на начало сентября 2025 года показывают, что цена Urals колеблется вокруг $62 за баррель, в то время как Brent торгуется на уровне $67,6, а WTI — $63,97. Это ниже прогнозов начала года, когда ожидалось восстановление цен.
Ужесточение санкций усугубляет ситуацию: с 3 сентября 2025 года введен новый потолок цен на российскую нефть в $47,6 за баррель (снижение с $60), принятый ЕС и поддержанный Канадой. Однако, как отмечают аналитики, эти меры не полностью эффективны: российский экспорт нефти продолжается, хотя и с дисконтом, а доходы от экспорта в июле выросли до $14,3 млрд благодаря временному подъему цен.
Укрепление рубля снижает рублевые доходы от экспорта. В результате бюджетный дефицит за первые семь месяцев 2025 года превысил $61,1 млрд, что выше годового плана.
Низкие нефтегазовые доходы создают давление на федеральный бюджет, где они традиционно составляют около 30-40% поступлений. Прогнозы на 2025 год предполагают снижение доходов на 23% из-за падения цен и рубля, что может привести к дефициту в 3,4% ВВП за первое полугодие. В худшем сценарии, по оценкам Goldman Sachs, цены на нефть могут упасть до $40 за баррель к 2026 году, усугубив проблемы.
Для экономики это означает замедление роста: прогноз регуляторов на 2025 год — 1,8% ВВП в консервативном сценарии (против 2,5% в базовом). Хотя, по нашим оценкам, падение может быть и более глубоким, вплоть до 1% ВВП по итогам года.
Для инвесторов в России низкие цены на нефть — это двойственный сигнал: риски для энергосектора, но возможности в диверсификации.
Эта ситуация подчеркивает необходимость гибкости: нефтегаз остается основой российской экономики, но устойчивые инвестиционные портфели требуют сбалансированного подхода. Текущая ситуация дает множество интересы инвестиционных возможностей, главное успеть правильно их реализовать.
Кроме того, Минфин не ожидает дополнительных нефтегазовых доходов и в сентябре. Основные факторы снижения доходов — падение мировых цен на нефть и укрепление рубля. В июле 2025 года цена Urals для налоговых целей составила $60,4 за баррель (против $74 в июле 2024 года), а в августе — $57,6. Актуальные данные на начало сентября 2025 года показывают, что цена Urals колеблется вокруг $62 за баррель, в то время как Brent торгуется на уровне $67,6, а WTI — $63,97. Это ниже прогнозов начала года, когда ожидалось восстановление цен.
Ужесточение санкций усугубляет ситуацию: с 3 сентября 2025 года введен новый потолок цен на российскую нефть в $47,6 за баррель (снижение с $60), принятый ЕС и поддержанный Канадой. Однако, как отмечают аналитики, эти меры не полностью эффективны: российский экспорт нефти продолжается, хотя и с дисконтом, а доходы от экспорта в июле выросли до $14,3 млрд благодаря временному подъему цен.
Укрепление рубля снижает рублевые доходы от экспорта. В результате бюджетный дефицит за первые семь месяцев 2025 года превысил $61,1 млрд, что выше годового плана.
Низкие нефтегазовые доходы создают давление на федеральный бюджет, где они традиционно составляют около 30-40% поступлений. Прогнозы на 2025 год предполагают снижение доходов на 23% из-за падения цен и рубля, что может привести к дефициту в 3,4% ВВП за первое полугодие. В худшем сценарии, по оценкам Goldman Sachs, цены на нефть могут упасть до $40 за баррель к 2026 году, усугубив проблемы.
Для экономики это означает замедление роста: прогноз регуляторов на 2025 год — 1,8% ВВП в консервативном сценарии (против 2,5% в базовом). Хотя, по нашим оценкам, падение может быть и более глубоким, вплоть до 1% ВВП по итогам года.
Для инвесторов в России низкие цены на нефть — это двойственный сигнал: риски для энергосектора, но возможности в диверсификации.
- Акции нефтегазовых компаний: Прибыль сектора в первом квартале 2025 года упала до 789,5 млрд рублей ($10 млрд), что сказывается на котировках. Например, акции "Роснефти" и "Газпрома" могут оставаться под давлением, если цены на Urals не восстановятся выше $70. Поэтому с учетом санкций, если очень хочется нефтегазовых компаний предпочтительней бумаги с фокусом на внутренний рынок такие как "Лукойл".
- Валюта и облигации: Увеличение продаж валюты по бюджетному правилу может стабилизировать рубль в краткосрочной перспективе, но долгосрочно ослабит его при дальнейшем падении цен. Прогноз J.P. Morgan: Brent на $66 в 2025 и $58 в 2026, что предполагает рубль в диапазоне 90-100 за доллар. Это создает возможности для потенциала роста валютных облигаций.
- Риски и возможности: Санкции, включая новый price cap, снижают эффективность экспорта, но Россия адаптируется через «теневой флот» танкеров. Перспективы снижения ключевой ставки позволяют диверсифицировать инвестиционные портфели как инструментами с фиксированной доходностью — облигации, крауд-проекты, и хедж в валютных облигациях, так и в случае долгосрочного инвестирования рассмотреть фондовый рынок.
Эта ситуация подчеркивает необходимость гибкости: нефтегаз остается основой российской экономики, но устойчивые инвестиционные портфели требуют сбалансированного подхода. Текущая ситуация дает множество интересы инвестиционных возможностей, главное успеть правильно их реализовать.